?

Log in

No account? Create an account

n_evlushina


Наташа Евлюшина журналист, тексты на заказ


Previous Entry Share Next Entry
Забери меня с собой
n_evlushina
художественный рассказ
автор Наташа Евлюшина
декабрь 2011 г.

Я всегда хотел проводить журналистские расследования. Докапываться до истинности вещей, раскрывать преступления в какой-то мере, выводить людей на чистую воду — вот смысл жизни. Но, но, но. Свои дни мне приходится коротать в отделе информации (хорошо хоть не в социалке). К тому же раз в месяц моя обязанность — статья на целую полосу в рубрике «Журналист меняет профессию». Ненавижу эту рубрику. Ненавижу всем сердцем. Я — серьезный журналист. А приходится печь булочки в белом халате, натирать мозоли на заводе и унижаться в салоне автобуса спрашивая у каждого: «что у вас за проезд?». Бесит.





Очередное задание редактора я ждал с диким напряжением. Никогда не знаешь, до чего он может додуматься. А фантазия у редактора ого-го. Я вжимался в кресло и ждал своего приговора. Редактор ходил вокруг да около, будто не решался что-то сказать.
— Итак, — начал он, — мне нужна статься к 1 декабря.
— Хорошо, — согласился я. — Какую профессию мне надо освоить на этот раз?
— Мне нужна статься к 1 декабря, — повторил редактор и посмотрел на меня таким взглядом, будто телепатически пытался что-то сказать.
— И? — я действительно не понимал, чего он хочет от меня.
— Я хочу, чтоб ты заболел СПИДом.
— ЧТО? — я аж поперхнулся. Причем, из его уст это прозвучало так серьезно. Но ведь он шутит, правда? — Вы шутите?
— Нет, я вполне серьезно. Тебе нужно притвориться больным, проникнуть в среду этой категории людей, узнать как они живут.
— Но это не профессия!
— Это рубрика давно устарела, надо что-то менять.
— Например, заразить меня СПИДом? Отличный план.
— Задание не обсуждается.
Я решил пойти по пути наименьшего сопротивления и договорился об интервью с врачом. Я был уверен, что он даст мне всю необходимую информацию про больных, а дальше останется только включиться моей фантазии. Общение с ВИЧ-инфицированными исключено. Это показалось как-то, ну, не очень приятно.
На интервью я опоздал, у врача уже начался прием. Провести какое-то время в компании больных у меня не было желания. Но возвращаться сюда вновь мне хотелось еще меньше. Между Сциллой и Харибдой, между молотом и наковальней. Называйте это как хотите. Положение было незавидное. И я решил остаться.
— Кто последний? — спросил робко я.
— Я последняя, — девушка бодро вскинула руку вверх и даже мило улыбнулась.
— Я за вами, — ответил я, подошел ближе и сел рядом с ней. Больше свободных мест не было.
Я пытался рассмотреть ее боковым зрением, так как пялиться в упор было неприлично. Она была очень худая, я бы даже сказал — костлявая. Улыбалась, но мне показалось, что она делает это через силу. Как будто спала сегодня всего один час, а сама говорит, что все в порядке, выспалась. Еще цвет ее лица. Он отдавал какой-то синевой и землистостью.
— Привет! — прошептала она и протянула мне руку.
Ее костлявые пальцы дрожали, как у алкоголика. Мне стало не по себе. Я должен был протянуть руку в ответ, но не мог. Боялся. И мне было, честно говоря, неприятно. А она смотрела на меня и улыбалась. В который раз мысленно проговорив себе, что через рукопожатие СПИД не передается, я протянул руку вперед.
— Привет, — сказал я.
— Я — Саша.
Блин, блин, блин. Ну, зачем она со мной начала знакомиться? Ну, чего ей не сиделось тихонько в ожидании приема? И почему я?
— Арсений, — ответил я.
— Приятно познакомиться.
— Мне тоже.
— Вы, наверное, еще на ранней стадии?
Она решила, что я такой же пациент.
— Эээ… Да, — начал придумывать я. — А как вы догадались?
— Хорошо выглядите.
— Правда?
— Да. Хороший цвет лица. Наверное, случайно узнали о диагнозе?
Я не был готов отвечать на вопросы. Это я — журналист, это я спрашиваю. Тем более, ее вопросы ставили меня в тупик. Я врал и боялся, что могу сморозить глупость, и она меня раскусит.
— Я схожу покурить, — сказал я, чтобы избежать разговора.
— К сожалению, не смогу составить вам компанию. Я не курю.
И тут я заметил, что она постоянно чешет голову, которая, кстати, не отличалась особой ухоженностью. Я решил отложить перекур и перейти в атаку, пока не забыл вопрос:
— А почему вы голову-то чешете?
— У меня себорейный дерматит. А у вас разве нет?
Я отрицательно закачал головой.
— Повезло же вам. У меня полный набор. Я так диагноз и обнаружила. Лазила по интернету в поиске интересных историй. И на одном медицинском сайте нашла признаки СПИДа. А они совпали с тем, что как раз творилось с моим организмом. Для подтверждения решила сдать анализ. И вот я здесь.
— И по каким же признакам вы определили, что у вас СПИД? — я даже улыбнулся, мне было правда интересно узнать какой должна быть температура тела, чтобы подумать, что у тебя СПИД. Это показалось забавным.
— У меня была лихорадка, я стала сильно потеть, особенно по ночам, меня мучили диарея, кашель, одышка, плюс себорейный дерматит. Одно хорошо, похудела на десять килограммов.
— Это могло быть что угодно. С чего вы взяли, что это именно СПИД?
— Предчувствие. Ну, а вы как узнали?
— Эм… — думай, думай быстрее, — при устройстве на работу проходил медицинское обследование. Анализ на СПИД был обязательным. И вот я здесь.
— И остались без работы. Да уж, нас в обществе не любят, бояться нас, думают, что мы не такие. А мы такие, просто смотреть надо под правильным углом.
— Люди просто боятся, что… мы, — я делал успехи, уже начинал говорить «мы» и причислять себя к ним, к ней, — мы сможем заразить их.
— Если головой думать, никто никого не заразит. Меры предосторожности простые, соблюдать их несложно.
— А если взять такой вариант, что у человека на руке царапина. Он пожимает руку ВИЧ-инфицированному, у него тоже царапина, и капля его крови попадает другому. Кто виноват в таком случае?
— Так не бывает, — фыркнула Саша. — Вот вы как заразились?
— Ваша очередь, — говорю я, когда из кабинета врача выходит парень. Он спас меня, потому что ответ на вопрос «как я заразился?» за одну секунду придумать не смог. Нет, были варианты, но признаваться в таком стыдно.
— Подержите пальто?
Она положила свое пальто мне на колени, и сердце мое упало в пятки. Нет, я знаю, что СПИД не передается через одежду. Но все равно было неприятно держать вещь больного человека.
Саша ушла, а я остался один в коридоре. У меня был месяц на статью, но я был готов потратить на эту тему только один день. Только сегодня. Приду, напишу и забуду. Кое-какая информация у меня уже была, спасибо болтушке Саше.
Она вышла из кабинета чуть грустнее, чем была раньше. Подошла ко мне и забрала свое пальто.
— Все в порядке? — спросил я. Мне стало ее жалко.
— Жить буду, — Саша выдавила улыбку. — Какое-то время.
Она протянула мне листок бумаги и попрощавшись пошла по длинному пустому коридору. На бумажке был ее номер. Я не собирался звонить. Она была, конечно, милая и красивая, но нам не по пути. Я скомкал бумажку, кинул ее на дно своей сумки и пошел на интервью.
Я не спал всю ночь, за которую выкурил полторы пачки сигарет и выпил полбутылки вина. У меня была цель: закончить статью сегодня. Во что бы то ни стало. Собрав воедино историю Саши и сухую статистику врача, получилось что-то более или менее. Хотя мне не нравилось. Ужасно не нравилось. Но я все равно отправил это редактору.
Я получил по шапке назавтра же. А потом еще четыре раза в течение нескольких недель, когда пытался переписывать статью. Редактора не устраивал ни один вариант. У меня бы последний шанс.
В самый отчаянный момент я вспомнил о Саше. Скомканный листок с ее номером все так же валялся на дне моей сумки. И я позвонил…
— Привет, это Арсений. Из больницы. Помнишь, мы виделись в больнице? — мямлил я.
— С тобой все хорошо? — заботливым голосом спросила Саша.
— Эээ… да, все хорошо.
— Просто ты не позвонил, я подумала, может что-то случилось.
— Да, меня направили в больницу на дополнительное обследование. Только сегодня выписали, — какой же я врун.
— О, и ты мне сразу же позвонил. Так мило.
— Ты не хочешь встретиться? Сходить на прогулку, выпить кофе.
— Буду рада.
У меня была неделя, чтобы сделать статью, которая устроила бы редактора. Отсчет времени начался с момента встречи с Сашей. Именно через нее я планировал узнать все-все о ВИЧ-инфицированных.
Мы встретились в парке. Саша протянула руку, а я, зажмурившись, потянулся к ее щеке. Ведь так же СПИД не передается, правда? А мне позарез нужно было расположить ее к себе. Саша, как ошпаренная, отскочила от меня, даже не дав себя поцеловать.
— Прости, мы еще слишком мало знакомы, — опустив глаза, сказала Саша.
— Это ты меня прости. Я по-дружески. Знаешь, после того, как мне поставили диагноз, друзей у меня не осталось и вовсе.
— Как же ты живешь без друзей? — искренне не понимала она. Радовало то, что она верила, будто я действительно болен.
— Ищу новые хобби, много думаю о жизни.
— А когда приступы одиночества случаются, что делаешь?
— У меня есть очень хороший способ. Я сажусь на балконе в свое любимое кресло и курю.
— Классно! А у меня балкона нет. А так бы хотелось.
— Как же ты тогда борешься со своими приступами одиночества?
— У меня их не бывает.
— Как так? — не понял я.
— А мои друзья от меня не отвернулись.
— Правда?
— Да. На то они и друзья, чтобы быть рядом в трудную минуту.
Я решил, что пора бы ее пораспрашивать про болезнь.
— А как ты заразилась?
— Эм… — Саша тянула с ответом. — Ну, понимаешь, неразборчивые связи…
— Да ладно? — я не верил ни одному ее слову. — Такая скромная, милая девушка. И вдруг неразборчивые связи.
— Да, неразборчивые связи. У моего парня. Бывшего парня.
— Ах, это парень тебя заразил?
— Да, он. А ты как заразился?
— А я — наркоман, — сказал я и попытался изобразить серьезный вид. А сам все думал: «Типун мне на язык!»
Саша рассмеялась.
— Ты чего? — спросил я.
— Ты хоть когда-нибудь наркомана видел?
Я молчал.
— Ну, хотя бы в кино?
Я молчал.
— Ну, так вот, наркоманы — они совсем не такие, как ты.
— Ну, хорошо, я пошутил, — этот вариант не подошел, а запасного у меня не было. — Я не знаю, как это случилось. Правда.
Саша взяла меня под руку, и мы пошли гулять по парку. Мы говорили только о СПИДе. Я задавал вопросы, она задавала вопросы. И если в какой-то момент мы отклонялись от темы, то все равно возвращались к ней.
Саша была совершенно нормальной. Только мне показалось, что она стала еще тоще, а лицо еще синее. Все чаще она останавливалась и просила посидеть на лавочке, потому что долго ходить не могла, уставала. Она все также чесала голову, и это порой отвлекало.
Мы встречались каждый вечер, гуляли по парку, пили в кафе кофе, ходили в кино. И постоянно говорили о СПИДе, как будто поговорить об этом было больше не с кем. От Саши я узнал такие подробности, о которых не пишут в книгах. А главное, я перестал бояться. Я брал ее за руку и не думал о том, что она больна. В какой-то момент, я действительно поверил, что сам болен СПИДом. Настолько это все казалось реальным.
Нас ждало последнее свидание. По крайней мере, я так планировал. Думал, что напишу статью и больше не буду с ней встречаться. Ведь цель будет достигнута. Я понимал, что влюбляться в нее нельзя ни в коем случае. Она обречена на смерть, а я на жизнь. Это все равно, что луна и солнце. У них разные судьбы, они никогда не будут вместе.
Но Саша мне нравилась. Безумно нравилась. И я не знал, что́ с этим делать. Решил позвонить маме, она всегда знала ответы на вопросы.
— Мама, а что́ если ты любишь человека, который обречен на смерть? — еле слышно спросил я.
— В мире много других, не обреченных, людей, — спокойно ответила мама.
— Но если я люблю именно этого?
— А если нет? — спросила мама. — Если не любишь, а лишь думаешь, что любишь? Загубишь свою жизнь, но потом уже ничего не исправишь.
Я молчал. Ничего не мог ей ответить.
— И раз уж у тебя возникают сомнения по поводу «люблю-не люблю», однозначно не любишь. Иначе бы не сомневался.
Мама была права. Я должен был прекратить все это, пока оно не зашло слишком далеко. А еще эта проклятая статья. Я позвонил Саше, чтобы пригласить ее на наше последнее свидание.
— Что делаешь? — спросил я, когда Саша взяла трубку.
— Курю на балконе, — не раздумывая, ответила она.
— Ты же не куришь. И у тебя нет балкона.
— Да. Зато у меня хорошее воображение. И откуда ты знаешь? — удивилась Саша.
— Про курение ты говорила еще в больнице, а про балкон на нашем первом свидании.
— Свидании? — Саша удивилась еще больше. — А разве у нас было свидание?
— Я думал, что это были свидания, — я растерялся.
— Сеня, мы — просто друзья, — робко сказала Саша.
Я чуть не признался ей в любви, а оказалось, что мы — просто друзья. Хотя это намного упрощало ситуацию.
— Поехали кататься? — предложил я.
— Поехали. Через час буду свободна.
— Ты даже не спросишь, на чем мы будем кататься?
— Какая разница на чем, главное с кем.
Ровно через час мы неслись по городу на моем мотоцикле. Она крепко обнимала меня за талию, и я чувствовал, как сильно билось ее сердце. Друзья, говоришь?
Мы приехали на озеро. Солнце садилось уже, и красный закат красиво отражался на воде. Саша все больше молчала, как будто знала, что конец близок. Смотреть на нее было невыносимо. Смотреть и знать, что не можешь поцеловать.
— Ты перестала чесать голову, — заметил я.
— Что? — она не могла найти ответ. — Я, наконец, нашла хорошее лекарство.
И улыбнулась. А потом тихо прошептала, будто не мне:
— Завтра все будет по-другому.
— С чего ты взяла?
— Просто предчувствие.
Я взял ее за руку в знак поддержки, как бы обещая, что завтра все будет по-прежнему. Я обманывал. Завтра выйдет статья. И как раньше уже не будет.
— Можешь мне кое-что пообещать? — спросила Саша.
— Все, что угодно.
— Когда будешь уходить, забери меня с собой…
— Только при одном условии.
Саша вопросительно посмотрела на меня.
— Когда уходить будешь ты, забери меня с собой…
Саша улыбнулась, и я поцеловал ее. Первый раз за все время нашего общения я не соврал. Я действительно хотел, чтоб она забрала меня с собой.
Я ни разу не соврал в статье. Рассказал, как пытался быть больным СПИДом, как боялся ВИЧ-инфицированных и как полюбил больную девушку. Я отправил Саше сообщение, чтоб она купила газету и прочитала эту статью. Хотел, чтобы она узнала правду. В ответ она посоветовала мне почитать другую газету.
Статья была подписана Александрой Лисовской. Моей Сашей. И называлась «Забери меня с собой». Я читал ее снова и снова. Злился, топал ногами, разбрасывал вещи по квартире, а потом смеялся и прыгал от счастья.
Я мчался к ней на мотоцикле, а в голове проносились обрывки ее статьи «на сайтах, посвященных СПИДу, читала про внешние признаки болезни… перед походом в больницу загримировалась, придала коже специальный синеватый, землистый оттенок… не мыла голову, чесала ее постоянно… дергала руками… я боялась… я знала, что так просто СПИД не передается, но я все равно боялась, мне было неприятно общаться с этими людьми… но мне нужно было с кем-то поговорить, чтоб проникнуть в эту болезнь… я пошла на интервью с врачом, но просидела в очереди, изображая пациентку… думала, что так смогу раздобыть больше информации… я выбрала его, потому что он был самый симпатичный и казался вполне здоровым… я протянула ему руку, а сама дрожала от страха… я оставила ему номер телефона, потому что мне нужна была информация… он не позвонил, и я впала в отчаяние, сроки поджимали, а информатора как такового у меня не было… он позвонил за неделю до конца срока, и я подумала, что у меня еще есть шанс сделать качественный материал… он хотел поцеловать, а я увернулась… я все еще боялась этой болезни…но он показал мне эту болезнь с другой стороны, рассказал то, о чем не пишут в учебниках… мы мчались на мотоцикле, и я повторяла себе, что мне нельзя влюбляться, что завтра все закончится, что со временем все забудется, что нам не по пути… он замечал все мелочи, даже когда я отвлеклась и забыла, что мне надо чесать голову, изображая дерматит… а потом не выдержала и попросила: «Когда будешь уходить, забери меня с собой… »… он попросил в ответ: «Когда будешь уходить ты, забери меня с собой…»… в тот момент я поняла, что пропала…»
Саша открыла дверь. Она была еще красивее, чем обычно. Волосы вымыты и аккуратно уложены, лицо здорового розового цвета, немного косметики. Саша стояла, скрестив руки, губы ее были зажаты, а брови нахмурены. Она кинула в меня газету. В ответ я кинул газетой в нее. Саша улыбнулась. Я улыбнулся в ответ. Мы кинулись в объятия друг друга. Теперь между нами не было никаких придуманных болезней.
Мы не провстречались, наверное, и года. Чувства угасали, мы становились все дальше и дальше друг от друга, а потом и вовсе разбежались. В наших отношениях не было ничего сказочного и необычного, как это показалось сначала. Просто мы перестали бояться потерять друг друга, перестали ценить каждую минуту, проведенную рядом. Ведь были уверены, что таких минут будет еще миллион, а завтра обязательно наступит.
То время, когда мы обманывали друг друга, было самым счастливым в наших отношениях. И еще никогда так не билось мое сердце, когда она спрашивала: «Ты заберешь меня с собой?» А я думал про себя: «Нет, это ты заберешь меня с собой».


Другие рассказы:
Волшебная
Шанс

Странный дом
Лунатизм