?

Log in

No account? Create an account

n_evlushina


Наташа Евлюшина журналист, тексты на заказ


Previous Entry Share Next Entry
Хореограф Кристина Бословяк: Мечтай. Действуй. Будь!
n_evlushina
Статья для журнала "Для всей семьи Любимая"
автор Наташа Евлюшина
апрель 2017 г.

Глядя на харизматичную танцовщицу и хореографа Кристину БОСЛОВЯК, кажется, что природа одарила девушку щедро. Она постоянно участвует в различных проектах, входит в сотню лучших танцоров 4 сезона конкурса «Танцуют все» (Украина), является тренером популярного интернет-канала Workout и ведет занятия по современной хореографии и растяжке. О том, как сделать себя «с нуля», Кристина рассказала нашему журналу.




— Кристина, то, что у вас есть сегодня, это данность природы или собственная заслуга?

На самом деле, от природы у меня не было абсолютно ничего. Я с самого детства любила танцевать и уже лет в 11 точно знала, что свяжу свою жизнь именно с танцами. В детстве для того, чтобы у меня что-то получалось, я очень много занималась дома. До сих пор помню, как ставила диван, стулья, делала мостик или колесо. Раз сделаю, два сделаю, сто раз сделаю. И потом хоп — у меня колесо получилось. Мне казалось, что я умею танцевать. Но когда поступила в Бобруйский хореографический колледж, выяснилось, что я вообще не подхожу для танцев: ноги короткие, рост маленький, руки кривые, выворотности нет, растяжки нет — ничего нет. Что во мне было, так это внутреннее состояние, которое, несмотря на то, что у тебя ничего нет, стремилось добиться чего-то. Я оставалась после занятий, вставала раньше утром, бегала вокруг озера, после стояла повторяла комбинации, просила сильного однокурсника со мной порастягиваться. Но никогда не было такого: не получилось и больше даже пытаться не буду.

— Получилось ли у вас стать «профпригодной» для танцев?

После усердных занятий, конечно, я стала танцевать гораздо лучше и собиралась продолжить обучение в Университете культуры. Мне говорили, что меня не возьмут из-за маленького роста. Но меня взяли. В моей жизни появилась современная хореография в виде контемпа. И вот это было очень тяжело. Я вставала на пару часов раньше, шла в душ, грела ноги кипятком, растягивалась дома и только потом шла в университет. Для того, чтобы у меня что-то получалось в зале, я перед этим занималась дома. Я вообще самокритичный человек, ведь всегда есть куда расти дальше, в танцах не предела. Но сейчас могу сказать, что я хороший педагог и артист тоже неплохой. Главное, что на протяжении всей жизни мне говорили одно, а чувствовала я совсем другое. Поэтому я следую правилу: то, что я хочу, к этому и нужно стремиться. Лучше меня никто не знает, что мне нужно.



— К чему привела вас ваша целеустремленность?

Сейчас я преподаю и получаю удовольствие от своего дела. У меня есть любимые ученики, которые меня радуют, заставляют вставать утром и придумывать для них какие-то комбинации. На занятиях моя задача — дать понять людям, чего они могут добиться, и если у них чего-то нет, это не значит, что никогда и не будет. Главное это наполненность человека внутри. Если желание, он может достичь всего.

— В чем основной секрет достижения своей цели?

В достижении любой большой цели есть маленькие цели. Если ты хочешь, к примеру, играть на трубе — это твоя большая цель. Нужно найти маленькие. Чтобы научиться играть, что нужно для начала сделать? Купить трубу. Потом пойти заниматься на курсы, посмотреть видеоматериалы. Сходить на концерты. Все это тоже цели. И для того, чтобы достичь большой цели, всегда нужно иметь маленькие. Не бывает такого, что я хочу играть на трубе, взял трубу, сыграл, не получилось, расстроился и ушел. Ничего не достигается без труда. Даже для того, чтобы человек начал ходить, ему надо начать. Чтобы у вас что-то получилось, для начала просто встаньте с дивана.

— Обязательно ли выходить из дома, если цель, например, похудеть? Ведь не всегда есть возможность заниматься в зале, если ты, скажем, молодая мама в декрете.

Не обязательно. Я являюсь тренером интернет-канал Workout, который позволяет людям, сидящим дома, развиваться и верить в себя. Этот проект мотивирует на поступки и помогает людям понять, что в жизни все возможно. Наш девиз: мечтай, действуй, будь. Люди видят мотивацию, реальные результаты, видеоуроки, вкусные рецепты правильного питания. Вы можете в любой момент встать и заняться собой. Самое главное — это не сидеть. В каждый час мы можем вырасти. Можно задаться целью, например, каждый день я целый час трачу на то, чтобы посидеть на шпагате. Если человек чего-то хочет, он должен что-то для этого сделать. Все, чего я достигла, я достигла только потому, что вставала раньше, занималась, делала. Если человек ничего не делает, он ничего не добьется. По щучьему велению ничего не бывает. Но мечтать обязательно нужно.



О ПЕРВЫХ ПА

— Кристина, вы всегда были такой активной?

Да, с самого детства. Всегда была творческим человеком. И даже в детский садик попала благодаря самой себе. Я родилась в Азербайджане, в Баку. Потом мы переехали на родину отца в Беларусь, в Гомель. 90-ые, и без того сложное время, а тут еще мама никого не знает. В садик меня никуда не брали. Но мы с мамой дома учили стишки и, как могли, развивались самостоятельно. Как-то раз одна мамина подруга пригласила нас на новогодний утренник в садик к своей дочке. Сидим, смотрим концерт. Дед Мороз спрашивает: «Кто мне расскажет стишок?» Детки маленькие, стесняются, кто-то замешкался, а я смелая — тяну руку. Дед Мороз не обращает на меня внимания, мы же среди зрителей сидим. И так несколько раз. А я все тяну руку и тяну. В конце концов, не выдержала и подошла сама к Деду Морозу. Стучу ему по спине и кричу: «Дедушка Мороз, я хочу рассказать тебе стишок». Он был в замешательстве и не знал что делать, но мне все-таки дали рассказать стишок, потом вручили конфету, и я была очень счастлива. А в конце утренника к моей маме подошла заведующая и сказала: «У вас такая девочка активная, красива, хорошая. В какой садик ходит?» Мама и рассказала, что в садик мы не ходим. Вот так благодаря своему рвению рассказать стишок, стремлению быть среди всех, быть впереди, я попала в детский садик. Участвовала там всегда во всех утренниках, рассказывала громче всех стишки. Первая моя сцена была вот такой.

— А на танцы в первый раз родители привели?

Нет, я сама всегда к этому стремилась. Первый раз на танцы я пошла со своими одноклассницами и вообще без спроса родителей. Это был класс второй. Я пришла в Дом творчества без формы и делала колесо в белых колготках и черном платьице. На что педагог смотрела с такой жалостью. Но возможности водить меня на танцы не было. Мы жили настолько далеко, что мне приходилось вставать в 5 утра, чтобы к 8 быть в школе. Даже бывало так, что я приезжала самая первая и сидела вместе со сторожем, ждала, когда откроется школа. Было весело. Но танцы я очень-очень хотела. И вот когда мы переехали поближе, я перешла в другую школу и…

— …появились в жизни танцы?

Да! Причем, я сама-сама-сама хочу-хочу-хочу. И родители отвели меня в ДК, в коллектив «Апельсин». На то время это был очень популярный коллектив. Он славился тем, что везде ездил на выступления. И там все было строго. А для меня строгость и дисциплина очень важны. Наверное, это был первый серьезный шаг в танцах. Потому что всех подряд в «Апельсин» не брали. Был отбор, были экзамены. И я прошла. Так как я на год позже пошла на танцы, плюс была сообразительная, меня сразу взяли в среднюю группу. Я старалась, у меня все получалось. Очень нравилось, но перестала ходить. Однажды из-за школьного собрания мы опаздывали на танцы, и у меня возник психологический барьер: я не могу прийти, если я опаздываю. В «Апельсин» больше так и не пришла, были слезы и истерики. Я вернулась к тому коллективу, в котором была в самый первый раз. Но и там долго не протанцевала: наш преподаватель ушла в декрет и коллектив распался.



— В этот момент вы уже знали, что свяжете свою жизнь с танцами?

Мне было лет 11. И, да, я уже знала, что буду танцевать.

— А как же родительское: танцами на хлеб не заработаешь или это не профессия?

К счастью, мне с этим повезло. Большое спасибо моей маме за то, что она всегда меня поддерживала. Она никогда не говорила: «Это не профессия. Это не то, что тебе нужно. Это малооплачиваемая работа». На протяжении всего моего творческого пути встречалась куча людей, которые сами находятся именно в этой сфере, и они каждый раз мне говорили: «Кристина, эта профессия не приносит денег. Не советую. Не иди. Не поступай». Слушая каждого из этих людей, я все равно поступала так, как мне хотелось, я шла дальше, у меня была цель, и я стремилась к ней. Я хотела поступить в хореографическое училище, я хотела танцевать, я хотела быть в творчестве. То, что мне кто-то говорил, что это не твое, тебе это не надо, я никогда не слушала. У меня была мама, мой самый родной человек, который в меня верил, и я шла дальше.

— А как складывались отношения с девочками в коллективе? Есть стереотип, что танцовщицы конкурируют между собой.

Пока я танцевала в детских коллективах, все было прекрасно. Но в классе 7-8 я точно определилась, что буду поступать в Соколовский колледж в Гомеле. Мне посоветовали один народный коллектив, сказали, что он сильный. А я как раз и собиралась на народное отделение, но ничего о нем не знала. Мне было очень тяжело, потому что меня не принимали. Было ужасно. Когда ты танцуешь то, что у них уже есть, преподаватель говорит: «Вот, у девочек спроси, они тебе покажут». Соответственно никто показывать мне ничего не хотел. Мне нравилось танцевать, но я чувствовала себя одной в этом коллективе. На мой взгляд, это было некрасиво. Я всегда помогала новеньким. Если видела, что они делают какие-то ошибки, я всегда пыталась подсказать, как сделать проще, учила с ними танцы. И вот спустя какое-то время, когда я уже поступала в колледж, встретила девочку, которая считалась там самой сильной. Мы с ней подружились, и я спросила: «Почему вы так себя вели? Это некрасиво по отношению к новеньким, им надо помогать». И она мне ответил, что когда в их коллектив приходит новый человек и если у него начинает что-то получаться, он учит танец и его потом ставят на твое место. Поэтому у них был такой бойкот против новеньких и я под него попала. Психологически для ребенка это было тяжело. Когда тебя не принимает коллектив, ты считаешь, что что-то в тебе не так. Значит, у тебя что-то не получается, ты танцуешь настолько плохо, что с тобой никто не хочет танцевать. Хотя на самом деле причина оказалась в другом.



О ХОРЕОГРАФИЧЕСКОМ ОБРАЗОВАНИИ

— В колледж поступили с первого раза?

Не поступила. Все были уверены, что поступлю. А я не поступила, и жизнь оборвалась. Среди вступительных экзаменов был диктант по русскому языку. Я в нем слаба и во время диктанта пользовалась стеркой, а это запрещено. Получила «ноль», конечно, расстроилась, забрала документы и пошла в 10-ый класс. Я очень переживала, потому что знала, чего хочу, а я этого не получила. В итоге мы с мамой стали смотреть книжку с учебными заведениями и искать, где еще какие хореографические заведения есть, может, я успею подать документы. Мы позвонили в Могилев на эстрадное отделение, но, к сожалению, чуть-чуть опоздали, и они нам посоветовали колледж-школу искусств в Бобруйске. Тем более там надо учиться 3 года, а не 4, как в Соколовском. Плюс у них подписан контракт с Институтом культуры: можно поступать сразу на второй курс. Но мы не успели подать документы, и я еще год училась в школе.

— Вторая попытка оказалась удачной?

Да. Целый год я никуда не ходила, занималась дома. У меня был знаменитый танец «Синяя птица», с которым я выступала за честь школы. Большую часть репетировала его. И вот через год мы приехали с мамой в Бобруйск. А там школа-колледж. То есть уровень у детей с 1 класса. На тот момент я этого еще не знала, думала, что просто колледж. У нас были вступительные курсы, где мы учили определенные комбинации, которые будем сдавать на экзамене. Пришли на классику, все красиво. Я вообще впервые узнала, что такое классика, что такое плие, что такое станок, что такое прыжки. И вот тут уже появился страх. Среди нас были девочки и мальчики, которые учились в этой школе и они уже знали все комбинации. И были такие новенькие как я, которые только приехали поступать в колледж. Тогда я об этом не знала. Мне казалось, что все эти ребята приехали поступать. Когда я увидела как прыгают мальчики, помню вышла с классики, встретила маму и говорю: «Я, наверное, не поступлю. Если там так прыгают мальчики, то как там прыгают девочки». В голове всегда представляла, что девочки танцуют лучше, мальчики — лентяи. На тот момент я не знала, что мужской прыжок гораздо сильнее. Очень сложные были вступительные экзамены. Но у меня был свой танец, непохожий ни на какой другой. И что важно, в моей голове не присутствовало никаких блоков. У меня не было законов и не было правил о танце. Я танцевала только так, как мне хотелось, как я знала. Наверное, это и помогло. Я поступила и была очень счастлива.

— Что было самым тяжелым во время обучения?

Уроки классики. Нас разделили на две группы: сильные и слабые. Я была в слабой группе, конечно же, но всегда старалась быть сильной даже среди слабых. Первый месяца проходила только постановка корпуса. Ты думаешь, что вот сейчас будешь танцевать, а ты практически весь урок стоишь. Тем, кто с нуля, было тяжело, срывались, психовали. А я поняла, что не идеальна для танцев. Не имея природных данных, у меня было огромное желание эти данные заполучить. Мы много работали физически, но при этом я еще дополнительно оставалась, занималась самостоятельно. Я поняла, что у тех, кто учился здесь с первого класса, было больше знаний. Но у них также были и границы. Они знали как правильно. Из-за этого их фантазия была развита гораздо хуже, чем моя. Поэтому когда у нас появился предмет «искусство балетмейстера — композиционная постановка танца», у них возникли проблемы. А мне было легко. В колледже я много танцевала. Если были какие-то конкурсы, я всегда участвовала. Никогда не было, что я сидела и боялась. Наоборот, стремилась где-то себя проявить. Никогда не была таким человеком, который говорит: «Вот у меня не получилось, и я дальше не пойду». Да, у меня не получалось, достаточно долго не получалось. Но мне никогда не было все равно на то, что я делаю. Я переживала, если что-то не получалось. Но я никогда не опускала рук.



— А как преподаватели оценивали ваш уровень?

От них я всегда слышала одну и ту же фразу. Допустим, была девочка, у которой хорошие природные данные и я, у которой от природы ничего нет. И преподаватель всегда говорил: «Маша, ты же не работаешь, а у тебя такие данные от природы. Вот дай твои данные Кристине, у которой их нет, она бы там всех порвала». Я понимала, что показали, что я стараюсь, я молодец. Но так расстраивалась, мне было безумно обидно. Выделяться получалось, но лучшей я не была. Хорошо, когда есть сильный пример, потому что я смотрела на этих девочек, у которых все получалось, и мне хотелось быть такой же, быть на таком же уровне. Я считаю, что к окончанию колледжа у меня это получилось. Для себя я выросла, научилась очень многому. В колледже мне дали сильную базу, с которой, конечно же, я собиралась продолжать обучение дальше.

— Не жалеете, что потратили на обучение еще 5 лет?

Абсолютно не жалею. На протяжении 3-х лет мне говорили: «Не поступай в Институт культуры, ты испортишь 5 лет своей жизни, тебе это не надо, тебя не возьмут». Из нашего курса поступало только два человека, что для меня было странно. Уже сейчас, по окончанию учебы, если бы у меня спросил кто-то из нашего колледжа, стоит ли поступать в Институт культуры или не стоит, то совет о том, что не стоит, я бы не давала. Согласна, что там дают меньше знаний, чем в колледже. Потому что это корочка, а не углубленное изучение предмета. Но там же с тобой учится очень много людей таких же творческих профессий: художники, музыканты, вокалисты, режиссеры. Это все круг тех людей, с которыми ты в жизни будешь непосредственно работать, создавать проекты. В университете можно завести хорошие знакомства.

— Какое самое яркое воспоминание из студенческих будней «за станком»?

Занятия по современной хореографии — контемпу. У нас был замечательный педагог Екатерина Квятковская, которой я благодарна за все. Именно на ее занятиях я начала танцевать то, что мне хотелось. Конечно, было очень тяжело, непривычно, за рамками того, что я когда-либо видела, так как я народница. Но я начала танцевать контемп и поняла, что люблю это направление. Открыла эту свободу души. Это довольно сложное направление, которое помогает открыться, на мой взгляд, помогает тебе понять свое тело и понять, как нужно двигаться, что значат движения. Для меня контемп открыл само понятие о движении. Ту силу, которую я сейчас имею в хореографии, это все было от Екатерины Квятковской. Настолько дисциплинированные уроки, настолько сложные, что хотелось добиться чего-то лучшего. Снова же слезы, снова старания. Нельзя было не стараться. И я дома в ванной грела ноги кипятком, они всегда у меня были красные, а потом растягивалась. Потому что растяжка в контемпе важна, а у меня ее не было. И спины идеальной не было. И ноги короткие. Ой, я не для танцев. А еще в коллективы не берут, потому что маленький рост. Предпочтительно длинноногие девушки, высокого роста. А я 160 см — для танцев очень маленький рост. Для человека, который танцует и танцует хорошо, ужасно неприятно, когда стоишь ты, хорошо танцующий, и высокая девушка, которая танцует хуже — выберут ее. Вот тут начинаются обиды, слезы и переживания.



О КОНКУРСЕ «ТАНЦУЮТ ВСЕ»

— Расскажите про участие в украинском конкурсе «Танцуют все»?

Безумно фантастический конкурс для меня. Очень рада, что побывала там. Узнала про этот проект, когда шел второй или третий сезон. Для меня это был такой серьезный уровень, что мне нужно было хорошо подготовиться. Поэтому я года два тренировалась. И только потом решилась штурмовать. Сначала был отборочный этап в Беларуси, я его благополучно прошла и отправилась непосредственно на Украину. А там такая система, что ты танцуешь, и если жюри сомневается, то тебя отправляют на вечернюю хореографию, где дают какое-то направление, и ты его за полчаса учишь. И вот меня отправили на эту вечернюю хореографию, где я, можно сказать, впервые столкнулась с хип-хопом. У меня с ним чего-то не сложилось, и меня не взяли. Я не прошла, очень расстроилась, плакала.

— Но эта неудача не остановила?

Ни в коем случае. Возвращаясь в Минск, я поняла, что вот то, что я там увидела, сколько интересных людей, танцоров таких же желающих танцевать, это было замечательно. Поняла, что приеду еще раз. Я подготовилась и через год или два приехала снова уже в компании своих друзей. И меня снова отправили на вечернюю хореографию. Нас поставили вместе с Кириллом Балтруковым и дали лирический контемп. Это было наше направление, но с Кририллом мы никогда не танцевали, да и не дружили. Сдружились именно на этом проекте. На мой взгляд, у нас получилось, мы очень хорошо станцевались, душевно. Нам обоим сказали «да» — мы попали в 100 лучших танцоров Украины. И дали этот заветный билет. Попасть в топ-100 — это была мечта. Просто безумное счастье.

— На этом конкурс закончился?

Нет, через месяц мы приехали в лагерь на неопределенное время. Там столько людей, все позитивные, все танцуют. И рамок нет — все танцуют, как хотят. А в Беларуси есть рамки. Мы, к сожалению, танцуем так, как надо. Сейчас я понимаю, что не всегда жюри берет сильных людей, они берут больше ярких личностей, которые запомнятся зрителю. Нам с Киррилом очень повезло, что мы были друг у друга, переживали друг за друга, поддерживали. В лагере мы каждый день тренировались, выступали перед жюри и участники потихоньку отсеивались. Пришел тот день, когда мне сказали «нет». Я, конечно, уже не плакала. Было внутри тяжело, но я была настолько благодарна тому, что я уже получила. Мне было очень там интересно. Это новые знания и новый уровень.



О ПРОЕКТЕ WORKOUT

— А как вы попали в проект Workout?

Я преподавала классический танец в школе танцев в Skyline, и ко мне ходила одна из девочек, которая там работала, Женя Левитан. Она была моей ученицей и как-то предложила мне сняться в ролике. Ей нравилось то, как я преподаю. На тот момент Workout еще только начал развиваться. И в итоге я стала одним из первых тренеров канала, а именно тренером по растяжке. Безумно замечательный проект, который позволяет развиваться, вставать и что-то делать, мотивирует на достижение успеха. Он помогает людям понять что все, что у тебя не получается, если ты будешь трудиться, заниматься, у тебя все получится. Главное — действуй и у тебя все будет. Workout, на мой взгляд, как-то характеризует то, с чем я всю жизнь жила внутри себя. Я пыталась доказать окружающим и самой себе, что я могу. Даже если мне скажут: «Ты не можешь», я все равно говорю: «Я могу». Сейчас этот канал очень популярен, его смотрят по всему СНГ. И он действительно помогает людям становиться лучше. Я и сама его смотрю, там много хороших советов для обычных людей.

— Ваши ролики набирают более полумиллиона просмотров. Что для вас значат эти цифры?

Цифры, наверно, ничего не значат. Чаще всего я смотрю комментарии. Комментарии бывают как хорошие, так и плохие. Никогда не воспринимаю плохие комментарии, как «ну это просто потому что вы ничего не понимаете или хотите специально что-то плохое написать». Нет, я читаю каждый плохой комментарий под своим видео и пытаюсь понять, почему человек так написал, попытаюсь исправиться, если человеку что-то не нравится. Огромное спасибо тем, кто пишет хорошие вещи, и даже, бывает, находят в интернете и просто пишут сообщения. Очень приятно получать сообщения от людей, которым помогло мое видео, они рады и ждут новых. Интересно читать комменты людей, которым что-то не нравится, потому что я самокритичный человек, мне всегда хочется в себе разбираться.

— Есть что-то наболевшее?

Хочу сказать людям, которые пишут в комментариях: «Это не балерина». Так я и не балерина! У нас были упражнения для балерин, и я их показывала. Я и не гимнастка, у меня нет профессиональных данных. У меня нет идеальной спины, я не гимнастка, я не балерина — я обычный человек, который танцует, занимается любимым делом и пытается помочь вам развить тот уровень, который вы хотите. Никогда не занималась гимнастикой профессионально. Все, что умею, я училась этому сама. Большую часть дома. Теперь я пытаюсь научить вас самим сделать себя. Я показатель того, что можно из себя сделать что-то. Никогда не хвалюсь в своих видео: посмотрите, я могу сесть на шпагат или смотрите, я могу делать колесо. Каждое видео для вас, чтобы вы понимали, что все возможно, было бы желание.



О БУДУЩЕМ

— Кем вы себя больше видите: преподавателем, хореографом, танцовщицей?

Я больше хороший преподаватель, потому что умею находить подход к людям. Мне нравится общаться с людьми, хотя это и тяжело. Но мне интересно разбираться в человеке, попытаться понять его. Моя задача, в основном, заключается в том, чтобы люди, пришедшие ко мне на занятие, смогли увидеть во мне то, чего они хотят сами. И тогда они будут ходить заниматься. Люди разные, подходы разные, я должна быть психологом. Поэтому больше преподаватель. Но, конечно, мне нравятся всякие проекты, и танцевать люблю, все люблю.



— Какие принципы помогают вам двигаться вперед?

Не сдаваться. Оставаться собой. То, чего ты хочешь, ты должен к этому стремиться. Нужно найти себя, свое дело, тогда будет проще жить. У меня, на самом деле, немного друзей, что бы там не показалось по Instagram. Потому что у меня есть свое мнение и во многом оно не совпадает с мнением большинства. А у человека должна быть своя точка зрения. И придерживаться своих принципов нужно. Не всегда нормой является то, что считают другие люди. Норму ты должен находить сам. И главное, чтобы ты не боялся делать то, что ты хочешь. У нас люди зажимаются, а надо открываться. Нужно чем-то заниматься для души. Если душа поет, надо идти и петь. Потому что ты сидишь и не можешь освободиться. Из-за этого появляются срывы и депрессии. Вот, чтобы этого не было, надо найти дело, которое будет открывать твою душу, куда ты будешь приходить и будешь настоящим. Какой бы тяжелый не был день, как бы сильно тебя все не достали, но здесь я — это я.

— Какая следующая цель?

В целях открыть что-то свое, но не в Беларуси. Пока об этом рано говорить, сейчас у меня отработка по распределению. Но в любом случае я уже делю маленькие шажки к своей новой цели — я учу иностранный язык, я получаю права. И я верю. Верю, что все получится.



Вернуться на главную страницу.

Recent Posts from This Journal